Фальсификация фактов ДТП и методы борьбы — личный опыт участника событий

gallery_1_16_8512К нашему сообществу присоединился новый пользователь из города Мариуполя. Расследование дорожно-транспортного происшествия, участником которого он стал ещё осенью 2010 года, — тянется до сих пор.
Хронологию всех событий в его собственном изложении предлагаем Вашему вниманию:

13 октября 2010 года. 17 часов дня.
Прекрасный осенний день.

Возвращаюсь домой из г.Одесса. Осталось проехать 320 км, и я дома. Со мной едет 4 пассажира. В багажнике груза порядка 800 кг. Кто-то спит, кто-то смотрит телевизор. Проехал развилку на Цукуры (Каховский район). Приближаюсь к перекрестку на с. Раздольное. Перед перекрестком и за ним — металлический отбойник. За перекрестком справа на обочине стоит легковая машина зеленого цвета, как впоследствии оказалось – ВАЗ 21011. Моя скорость порядка 95 км/ч. Вдруг Жигули начинает осуществлять разворот в непосредственной близости передо мной. Бью по тормозам. В голове одна мысль – не уйти в кювет. Иначе бус упадет на бок, и как итог — травмы пассажиров и. возможно, — гибель. Жигуль стремительно приближается. Время будто остановилось. Широко раскрытые глаза водителя смотрят на меня. Удар. Меня подбрасывает, правой ногой бьюсь о руль. Треск вентилятора о радиатор. Глушу двигатель. Машина останавливается на правой обочине. Выскакиваю из буса и бегу к Жигулям. Водитель с окровавленной головой выходит из машины. Ору – “Что ты, сука наделал?!!!”. Куда-то он пошел. За машиной лежит женщина в черной одежде. Между ней и Жигулями сидит девочка в розовом пальто. В кювете – еще одна женщина. Рву на себя заднюю пассажирскую дверь Жигуля – на заднем сиденье лежит девушка. Достаю телефон, набираю 103. Ору в трубку – “Быстрей! Здесь три трупа! ” С помощью остановившихся водителей объясняю Скорой место, где произошло ДТП. В это же время прошу остановившихся водителей сообщить в ГАИ. Гаишники стояли недалеко на развилке на Цукуры, поэтому экипаж приехал в течении нескольких минут. Последующие три часа прошли как в замедленной съемке. Остановились два бензовоза, водители которых давали объяснения, так как все произошло на их глазах. Правда, в дальнейшем их объяснения из дела исчезли. Следователь в этот же вечер эти объяснения мне зачитывал, но до суда они не дошли. Ко мне подходили какие-то люди, я куда-то звонил.

gallery_1_16_2304

А дальше начались сплошные ошибки с моей стороны.

Ошибка номер один. Контактные данные водителей бензовозов не взял.

Я видел, как производятся замеры на месте ДТП, но не настоял на том, чтобы они проводились в моем присутствии. Следователь на мой вопрос – “Почему замеры проводятся без моего участия ответил?” ответил, что так как дело будет уголовное, то я им не нужен. И я ему поверил. Это ошибка номер два.

Третья моя ошибка заключалась в том, что я, имея с собой неплохой фотоаппарат, не сделал ни одного снимка на месте ДТП. Я даже достал его из сумочки и собирался уже выбирать объект съемки, но… как-то показалось неэтичным сновать с фотоаппаратом среди всего этого и фотографировать.

Все это в комплексе в конечном итоге повернулось против меня. Почему? Поймете позже.

Приблизительно к 20.00 все действующие лица исчезли. Остался я, мои пассажиры (к счастью, никто из них не пострадал) и офицер ГАИ. с которым мы описывали все повреждения моего буса. Во время фиксирования повреждений я допустил еще одну грубейшую ошибку – я сам делал выводы о характере повреждения, а надо было указывать только факты. Так, увидев заклинившее после удара левое переднее левое колесо, я сделал вывод о повреждении левого лонжерона, о чем и было записано в протоколе осмотра транспортного средства.

К 21-00 приехал эвакуатор для доставки наших авто на штрафстоянку. Правда, погрузить смогли только Жигули, так как длина моего буса порядка 6 метров, а масса 3.5 тонны. Решили оставить мою машину на месте ДТП, а утром организовать эвакуацию.

gallery_1_16_7678

Во время всех этих событий я созвонился с друзьями из города, и ко мне уже выехал такой же бус для того, чтобы забрать груз и людей. Весь вечер я интересовался у работников ГАИ, когда нас повезут на освидетельствование на алкоголь. А в ответ – тишина. Правда, где-то к 24-00 меня повезли в больницу. По приезду в больницу я узнал, что водитель Жигулей убежал из больницы, и его не проверяли на алкоголь. Подняв в больнице шум, добился, чтобы привезли из дому водителя Жигулей. После всего этого меня отвезли в райотдел к следователю по ДТП Каховского райотдела Криворотько С.А., где в том числе следователь зачитывал показания водителей бензовозов, ехавших навстречу, и у которых это ДТП произошло на глазах. В объяснениях было указано, что водитель Жигулей внезапно в непосредственной близости от буса начал разворот, и торможение буса не дало возможности избежать столкновения. Дав объяснения по сути происшедшего, я в 03.00 на такси ухал к месту ДТП. К этому времени приехавшие коллеги уже разгрузили мой автобус. Они уехали домой, а я остался ночевать в машине. К 10.00 приехали сотрудники ГАИ для эвакуации моего буса, но сразу отбуксировать не получилось, так как заблокированное переднее левое колесо не давало возможности ни сдвинуть машину с места, ни повернуть руль. Пришлось с помощью троса вытягивать переднее левое крыло, а потом, перецепив трос за нижний рычаг, выдергивать колесо.

Только после всех этих манипуляций мы смогли сдвинуть машину с места и доставить на штрафплощадку г.Таврийск. Во время ночного общения со следователем я спросил, когда можно будет забрать машину, на что получил ответ – ”Собирай деньги на экспертизу, и только после этого сможешь забрать”. Сумма была озвучена где-то в районе 1000 грн. Правда, как оказалось после проведения экспертизы, она увеличилась до 1500 грн.

22 октября (после телефонных переговоров со следователем Криворотько С.А) на бусе ИВЕКО с племянником мы выехали в Каховку, и к 10.00 прибыли на место. Следователь созвонился с экспертами «Сантадора», чья контора находится в Новой Каховке, и мы поехали в г.Таврийск. В течении около часа два эксперта осматривали мою машину, фотографировали ее. И опять я не сделал ни одного снимка, что стало моей очередной ошибкой.
350 км дороги домой давались очень тяжело. Левое колесо все равно цепляло за арку, и поворачивать было тяжело. Также двери не закрывались, так как при столкновении произошел перекос передней части в левую сторону. К полуночи уставшие и замерзшие мы добрались домой.

Часть вторая. Следствие.

22 октября 2010 года следователь ОР ДТП СУ УМВД в Херсонской области Криворотько С.А возбудил уголовное дело по факту ДТП по ст.286, ч2. Казалось, что расследование продлится недолго. Но оно затянулось на долгих 9 месяцев. И вот здесь я допустил самую главную ошибку, которая стоила мне нервов, денег и, самое главное, — предъявления мне обвинения в преступлении. Я не обратился к адвокату, специализирующемся по ДТП. Меня подвела уверенность, а вернее – самоуверенность, в своей невиновности, а также наивная вера в честное правосудие. Но оказалось, что деньги и связи творят чудеса.

А теперь обо всем по порядку. В середине ноября меня вызвали на допрос. На допросе я подтвердил свои показания, данные в ночь после ДТП. Также следователь попросил меня привести моих пассажиров в Каховку для допроса, но, так как у меня не было возможности собрать всех в один день, следователем было дано поручении о допросе пассажиров по месту жительства. После этого все затихло на долгих 8 месяцев. Я периодически созванивался со следователем. Ответ был один – пока ничего не известно. Пока шло следствие, успел восстановить автобус.

И вдруг 21 июня – звонок следователя – прошу прибыть для проведения воспроизведения. И опять я не воспользовался услугами адвоката, что, в конечном итоге, меня и погубило. В каждом деле есть свои нюансы, о которых человек, ни разу с этим не сталкивавшийся, не может знать. Это сейчас, пройдя полтора года судов и перечитав огромную массу документов, переговорив с бывшими следователями, экспертами и форумчанами, я сам могу давать советы. А тогда – наивный самоуверенный дурак, живущий под лозунгом – «Наш суд – самый гуманный суд в мире».

Воспроизведение прошло быстро. Гаишники остановили первые попавшиеся Жигули, перекрыли дорогу, поставили машину на обочину. Она осуществила несколько разворотов передо мной, я подписал протокол с результатами заездов и поехал домой. А уже 29 июня звонок следователя – прошу прибыть для предъявления обвинения и ознакомления с материалами дела. И опять я еду без адвоката.

Итак, 30 июня мне было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ст.286, ч2. В течении нескольких часов я фотографировал и читал материалы дела. В этот момент меня не очень сильно интересовали нюансы расследования. Самое главное для меня было в заключении автотехнической экспертизы, которую делал эксперт Новокаховского филиала БСЭ САНТАДОР Петров Сергей Владимирович-свидетельство №1435от 29.04.2010 г. (личность очень интересная). Меня обвинили в нарушении пунктов 12.3 и 12.6 ПДД. Эксперт на основании схемы ДТП и замеров, сделанных на месте ДТП, рассчитал скорость автомобиля перед началом торможения. По его расчетам она составила свыше 119 км/ч, и, если бы автомобиль двигался со скоростью 90 км/ч то я имел бы техническую возможность избежать столкновение.

Да, водитель Жигулей Осипенко П.С. нарушил пункты 10.1, 10.4, запрет на пересечении линии 1.1, но это не явилось причинно-следственной связью с ДТП.

Приехав домой и обсудив с адвокатом вопросы моей защиты, я приступил к подробному изучению материалов дела. Материалы дела свидетельствовали либо о халатном отношении к делу, либо о заведомой фальсификации дела, либо о полной безграмотности следователя.

А теперь все по порядку.

Как оказалось, водитель Жигулей Осипенко П.С ехал из села Красный Подол в направлении с.Цукуры. Вместе с ним в машине находилось пять пассажиров (согласно материалам), хотя я видел только четверых, и в ходе ночного общения со следователем после ДТП тоже фигурировали четыре пассажира. Из дальнейшего общения с местными жителями мне стало известно, что это была группа местных артистов, которая давала предвыборный концерт в поддержку одной очень известной политической партии. Возможно, именно поэтому на месте ДТП сразу появился глава местной администрации (от этой партии), и все остальное местное начальство. Как оказалось позже, это и решило мою судьбу.

Перед первым заседанием суда представитель потерпевшей девочки заявил мне – «Тебе дадут условный срок. Мы через 5 минут после ДТП знали, кто будет виноват. Мы же все здесь свои…». Так вот (со слов местных жителей), после окончания концерта в клубе был накрыт стол, а Осипенко П.С известен в районе своей приверженностью к употреблению алкоголя. Возможно, именно этим объясняется его побег из больницы после доставки его туда на скорой помощи с места ДТП. При выезде на трассу Осипенко, чтобы попасть в с.Цукуры, нужно было повернуть налево, но он почему-то поехал направо. Поняв свою ошибку, решил развернуться в обратном направлении. На допросе Осипенко сказал, что видел мою машину, но расстояние до нее укажет на месте ДТП. Но во время воспроизведения следователь данный вопрос не уточнял. Хотя после его показаний о том, что он видел мой автомобиль, эксперт должен был вменять ему еще и нарушение пункта 12.3 ко всем его нарушениям. Также во многих процессуальных документах допущены ничем не объяснимые ошибки. Так, например, две пассажирки Жигулей были признаны потерпевшими за один день до ДТП, т.е. 12.10.2010 года. Допрос матери погибшей женщины в качестве представителя потерпевшей был проведен 16.02.2010 года, т.е. за восемь месяцев до ДТП. Дело возбуждалось и приостанавливалось пять раз. Также допрос одной потерпевшей был проведен в то время, когда производство дела было приостановлено. Насколько я понимаю, следователь «лепил» дело, как ему вздумается. Но самое главное было для меня – доказать, что я не двигался с такой скоростью. Во-первых, следователь утверждал, что я тормозил до полной остановки автомобиля. Я же утверждал, что после столкновения торможения не происходило, а слабо видимый след с левой стороны оставило заблокированное во время удара левое колесо. Но следователя это не интересовало, т.к. это не укладывалось в его «систему» доказательств. Также мне было непонятно, как экспертов Петров насчитал такую громадную скорость. Пришлось залезть в интернет и искать информацию о методике расчета скорости. Так вот даже он-лайн калькулятор расчёта скорости при вводе всех данных выдавал скорость 107 км/ч. Также выяснилось, что при расчете скорости эксперт Петров применил коэффициент замедления для легкового автомобиля, т.е для автомобилей типа М1, а микроавтобусы принадлежат к типу М2.

Отсюда меняется скорость перед торможением, а также меняется длина остановочного пути, что в дальнейшем и подтвердила повторная независимая экспертиза Одесского института судебных экспертиз Минюста. В поиске всех данных и не только мне огромную помощь оказывал, и до сих пор оказывает Форум (ФУДД) и форумчане, за что всем огромная благодарность. И самое главное – передо мной стояла задача доказать, что я после столкновения не применял торможение. Во время изучения материалов дела обратил внимание на то, что подписи понятых, участвовавших в следственных действиях на месте ДТП, сильно отличаются от тех которые, они поставили в схеме ДТП и протоколе осмотра места ДТП. В дальнейшем мои подозрения подтвердились с помощью одного форумчанина, который отдал эти подписи экспертам-графологам. Пришлось связываться с одним из понятых, который проживает в г.Херсоне (отдельное спасибо форумчанину Александру zav57, который поехал к этому понятому, и понятой сообщил, что никаких протоколов он не подписывал). Вот с такими материалами дела и мыслями мы с адвокатом приготовились к первому судебному заседанию.

Да, забыл добавить – при изучении материалов дела у меня вызвало недоумение одно обстоятельство: воспроизведения обстоятельства дела с Осипенко было проведено 22.10.2010 года, т.е. в тот день, когда я забирал автомобиль со штрафстоянки. Но, по моим сведениям, Осипенко в это время лежал в больнице, и не мог принимать участие в следственных действиях.

med_gallery_1_16_152684

Часть третья. Суд.

21.07.2011 года была получена повестка в суд. Заключив договор с адвокатом, подписав все необходимые документы, обговорив все условия сотрудничества, тронулись в путь для ознакомления с материалами дела.

Остановлюсь немного на муках выбора адвоката. Оказалось, что выбор в нашем городе велик, но кого выбрать – вот в чем вопрос. Бывшие следователи, бывшие гаишники – кто только не начал работать адвокатом по ДТП. Собрав отзывы знакомых, поехал знакомиться лично. Впечатления двоякие. У одного первый вопрос – «Сколько денег я смогу ему заплатить?». Второй спросил – «Попадаю ли я под амнистию?» и т.д. и т.п.. И только один попросил пару дней для ознакомления с материалами дела. После обсуждения тактики защиты, мне была озвучена сумма за услуги, которая меня устроила. Одним из пунктов договора было то, что адвокат занимается моим делом столько времени, сколько оно будет длиться. Год, два, три…, и стоимость услуг при этом не меняется. Дело в том, что с моими знакомыми бывали случаи, когда адвокаты бросали своих клиентов через несколько заседаний, не доводя дело до конца.

Приехали в Каховский горрайонный суд. Написали ходатайство, и, получив материалы дела, приступили к изучению. Материалы дела, которые мы получили в суде и материалы, с которыми я знакомился после предъявления обвинения следователем, мягко говоря, немного отличались. Так, например, если дело, полученное в суде, было пронумеровано и прошнуровано, то следователем Криворотько С.А выдавались мне просто кипой документов, сложенных в произвольном порядке. Поэтому в деле появились новые документы, которые, по правде говоря, большой роли не играли. Но факт остается фактом.

После изучения материалов адвокатом нам была вручена повестка на новое заседание суда. Первое впечатление судья Валигурская Л.В. оставила положительное, что в дальнейшем полностью подтвердилось.

Итак, в средине сентября первое заседание, на 10 часов. Выехать пришлось рано – в 5 часов утра. Ехать до Каховки 350 км. На первое заседание все свидетели и потерпевшие явились, как на праздник – нарядные и красивые. Как же, — сейчас произойдет торжество правосудия, но… Не тут-то было. После зачитывания обвинения моим адвокатом было подано ходатайства о привлечения к делу страховой компании «Провидна», в которой была застрахована моя гражданская ответственность. Прокурор выступил против. Судья Валигурская Л.В ходатайство удовлетворила, и на этом первое заседание закрылось. Возмущению присутствующих столь быстрым завершением заседания не было предела.

Через две недели в первых числах октября состоялось очередное заседание. Страховая прислала возражение и просила рассматривать дело без их присутствия, на что мы согласились. Суд приступил к допросу участников процесса. Самую большую активность (как ни странно) проявлял не прокурор, а представитель потерпевшей Мовчан В.А. На следующее заседание были вызваны следователь Криворотько С.А., эксперт Петров, гаишник, который эвакуировал мой бус на штрафплощадку, свидетель с мое стороны (пассажир, сидевший в момент ДТП впереди). И вот на этом заседании начался настоящий цирк. Следователь Критворотько не смог толком ответить ни на один вопрос. Ответы были такие — Не помню, Не знаю, Все есть в материалах дела. Также следователь не смог объяснить, почему согласно материалов дела воспроизведение с Осипенко проводилось 22.10.2010 года, а сам Осипенко в суде сказал, что воспроизведение проходило весной. После допроса следователя судья констатировала – «Полтора часа допрашивали, и толком ничего не выяснили…». После Криворотько в суде допрашивали эксперта Петрова. Появление в зале суда этого персонажа вызвало у меня, мягко говоря недоумение. Дело в том, что материалы авто технической экспертизы техсостояния автомобиля и материалы трассологической экспертизы были подписаны экспертом Петровым, но техсостояние на штафплощадке проводил совсем другой человек, абсолютно не похожий на Петрова. Этот факт вызвал у меня бурю эмоций и возмущений. На что судья ответила – «Будем считать, что это был Петров» .Во время допроса в суде эксперт обязан объяснить и обосновать каждую цифру экспертизы. Но этого не произошло. Как мы с адвокатом не пытались узнать, на каком основании он отнес микроавтобус полной массой 3.5 т к классу легковых автомобилей, но ответа так и не получили. Но ведь это основа работы эксперта! Он должен это все знать как таблицу умножения.

На все наши вопросы Петров отвечал, что документы и методики, которыми он пользовался, находятся на работе, а на память он не помнит. У нас с адвокатом при себе были все таблицы, но Петров отвечал. что он пользуется другими данными. Хотя все эксперты бывшего СССР пользуются одними и теми же Методическими рекомендациями Илларионова — иного просто не существует. Гаишник, которого вызывали на суд, не явился, т.к. в связи с сокращением Таврийской роты ДПС, он был переведен на службу в другой город. Заседание отложили на две недели. По приезду домой я связался по телефону с Гаишником и попросил его приехать обязательно на суд, пообещав ему компенсировать дорожные расходы. Свое обещание человек сдержал и на очередном заседании суда 24.11.2011 года подтвердил факт блокировки колеса моего авто.

После этого судья удовлетворила наше ходатайство о проведении повторной экспертизы с новыми исходными данными, но только в государственном экспертном учреждении. Ждать результатов повторной экспертизы пришлось ждать почти три месяца. И только 26.02.2012 года были получены материалы, для ознакомления с которыми я опять поехал в Каховку. Выводы и расчеты, которые сделал эксперт Одесского научно-исследовательского института судебных экспертиз, меня обнадежили. Самый главный вывод – моя скорость была определена 100 км/ч, и, следовательно, я не имел технической возможности избежать столкновения. Также в материалах экспертизы была сделана мини рецензия на материалы первой экспертизы, где было указано буквально следующее: «Следует обратить внимание на то, что в проведенном расчете использовались другие значения эффективности торможения автомобиля (время нарастания и величина замедления), чем использованные предыдущим экспертом. Это обусловлено тем, что предыдущим экспертом были приняты величины для легкового автомобиля с вакуумным усилителем, но автомобиль Мерседес-Бенс 312Д таковым не является.»

Схема ДТП, составленная независимыми экспертами.

gallery_1_16_220603

После этого в дни судебных заседаний с марта месяца начали болеть прокуроры, уезжать в командировки, а мы с адвокатом приезжаем, здороваемся с судьей, и уезжаем домой. Потом три раза не приезжал эксперт из Одессы. Наконец-то собрались все действующие лица, и на очередном заседании был допрошен эксперт, который аргументировано подтвердил все свои расчеты и выводы. После этого, по ходатайству прокурора в связи с необходимостью изучения им материалов экспертизы, был объявлен перерыв в судебном заседании. С тем и разъехались по домам.

Итак, прошел первый год от первого судебного заседания. За это время у меня начались проблемы со здоровьем. Пришлось полежать в больнице с проблемами сердца. Летом 2011 года на нервной почве появилась светобоязнь. В течении полутора месяцев я не мог смотреть ни на один источник света, даже огонь зажигалки вызывал дикую боль в глазах. Пришлось сидеть дома в темных комнатах и в темных очках. Не помогали ни капли, ни мази. И только в сентябре 2011 г. я смог нормально смотреть на свет. А весной 2012 года мне пришлось прооперировать для восстановления зрения левый глаз из-за глаукомы, которая обострилась на фоне все этих проблем.

Очередное заседание суда в первых числах августа продолжалось буквально пять минут. Прокурор заявил дословно – «После изучения материалов дела возникла необходимость дополнительного допроса следователя Криворотько, специалиста Нестеренко (который помогал во время оформления материалов на месте ДТП), а также понятых, в присутствии которых производились замеры на месте. Кстати, специалист Нестеренко внесен в протокол осмотра места ДТП, но подпись его в протоколе отсутствует. И опять домой.

По приезду на очередное заседание суда в середине августа стало понятно, для чего понадобились повторные допросы следователя и специалиста. Прокуратура хочет доказать факт отсутствия блокировки колеса. Все их доказательства сводились к голословным утверждениям, что они не видели блокировки. Никаких фактических данных у них нет. Дело в том, что следователь на месте ДТП обязан сделать фото всех повреждений, но в материалах дела есть фото моего авто спереди, правый неповрежденный бок и вид сзади. Повреждения левой боковины со следами крови отсутствуют. Но они у меня были зафиксированы в материалах товароведческой экспертизы, которую я делал по месту жительства. Зато повреждения ВАЗа были запечатлены со всеми подробностями, даже снимки внутри салона авто. В подтверждении своих слов специалист Нестеренко заявил, что на месте ДТП проводились повороты рулевого колеса моего мерса влево и вправо.

Когда я у него спросил: «Как Вы могли проворачивать рулевое колесо, если ключи от замка зажигания были у меня, и я их ни кому не давал? А без ключа рулевое колесо заблокировано». На что специалист Нестеренко заявил, что блокировка руля бывает полной, неполной и частичной. Смех и удивление в зале. На этом заседании суда мною было заявлено, что я после столкновения физически не мог тормозить, т.к. во время столкновения был выброшен из водительского кресла, и коленом правой ноги сломал правый подрулевой переключатель, что зафиксировано на снимке в авто товароведческой экспертизы. На этом заседании также был допрошен понятой, который проживает в Каховке. Но так как уже прошло много времени, он ничего не помнит, а авто он не осматривал. Понятой из Херсона на суд не приехал, как и на последующие два заседания, несмотря на все старания суда. Хотя, как я писал ранее, благодаря помощи zav57 я разговаривал в телефонном режиме с этим понятым, и он обещал присутствовать. После всего этого цирка представителем потерпевших было подано ходатайство о проведении комплексной авто технической экспертизы для устранения противоречий между первой и второй экспертизами. Прокуратура ходатайство поддержала. Я был против, т.к никаких противоречий не видел. Суд ходатайство удовлетворил. и направил материалы дела в Одесский институт с просьбой провести экспертизу до 1 декабря 2012 года.

И вот с 1-го октября 2012 г. и по сегодняшний день результатов экспертизы нет.

Да… забыл еще один момент. За время после получения результатов второй экспертизы второй участник ДТП Осипенко П.С успел развестись со своей женой, и прописаться в общежитии. Вот такой вот бомж-певец.


Окончания у этой истории всё ещё нет! Только в марте месяце 2013 года- через 29 месяцев с момента ДТП — человек услышал долгожданное:

12 Март 2013 — 12:08
Сегодня в 9-00 позвонила помощница судьи и сообщила,что мне по электронке отправлены результаты экспертизы.Пока прочитал и осознал все-думал сердце выскочит.Но все оказалось хорошо-я невиновен. Выводы экспертов-действия водителя ВАЗ 21011 находятся в причинной связи с ДТП……

Два с половиной года потребовалось Фемиде на признание собственных ошибок:

19 Апрель 2013 — 23:00
Только что приехал домой.Судья вынесла постановление о направлении дела на ДС. Не знаю-радоваться или плакать. Адвокат завтра будет подробно изучать постановление и будем думать-подавать апеляцию или нет. С меня сняли подписку о невыезде. Схему ДТП признали никчемной, т.к она была составлена с грубыми нарушениями 77 приказа.

Участник событий, присоединившийся теперь и к нашему сообществу, далее будет самостоятельно освещать ход происходящего, готов делиться своим опытом в организации тех, или иных действий по данному делу, и с радостью прислушается к полезным советам участников Форума «ЗОВ».


Похожие статьи

Оставьте свой комментарий

Войти с помощью: